обращаться в львицу и станет совсем беззащитной.
Беременность у оборотней длилась шесть месяцев, и в три последних терялась возможность менять ипостась. Опасно для львенка и его мамы. Именно поэтому львицы встают в пары и закрепляют союзы, даже если это прайды. Обязанность льва — защищать свою семью в этот период и не отходить ни на шаг.
— Хочешь потрогать? — неловко спросила Милли, замечая пристальный взгляд подруги.
Хелен чуть улыбнулась и кивнула. Подошла ближе, протягивая руку.
— Не бойся, он тебя не съест… пока! — тихо рассмеялась она, уверенно прикладывая ладонь Хелен к своему животу.
Львица выглядела счастливой. Немного округлились щеки и налились персиковым румянцем. От нее приятно пахло, чем-то чистым и легким, Хелен чувствовала, будто оказалась среди луговых трав.
— Малышка? — только и смогла выдавить Хелен.
— С большой вероятность, но кто знает, — довольно сощурилась Милли.
— Я защищу тебя, — со всей серьезностью пообещала Хелен, но подруга отстранилась и присела на кровать.
— Прости, что не говорила тебе о Лестере, но я знала — ты не одобришь, — тихо, но уверенно начала Милли.
— Я просто беспокоюсь за тебя, — Хелен села рядом и с усилием потерла ладонями лицо. — Тебе нужен хороший, сильный партнер, тот, который сможет тебя защитить…
— Он сможет…
— Ерунда! — взвилась Хелен, но тут же взяла себя в руки. Она развернулась к подруге и обняла ее, согревая своим теплом. — Хоть раз он заявил о своём интересе в тебе? Я же вижу, что происходит. Как при других оборотнях он сторонится тебя. А на общем ужине? Да его семье в горло кусок не лез при виде тебя! Но в чем ты провинилась? Почему должна терпеть все это?
— Он мне нужен, — продолжала твердить Милли. — Он моя пара, я люблю его.
— Я лишь хочу, чтобы ты была счастлива. И готова сделать что угодно ради тебя, но не знаю что. Я не говорила Лайнелу о вашей малышке, боюсь сделать только хуже.
— С Лестером я счастлива.
Хелен страдальчески застонала.
— Часто он приходит? — Хелен положила лоб на хрупкое плечо.
— Пару раз в неделю, иногда чаще, — ответила Милли. — Когда есть возможность он остается тут со мной.
— Даже львенка не испугался? — иронично фыркнула Хелен.
— Он не отказывается от малыша…
— Я так не думаю, извини, — Хелен отстранилась и заглянула в глаза подруги. — Для меня эти ваши встречи тайком и есть отказ. Если бы малышка была нужной и желанной — он бы давно встал с тобой в пару. Признал бы на глазах у всей стаи вашу связь!
— Ему только через несколько месяцев исполниться двадцать, без одобрения родителей…
— Сопляк! — не выдержала Хелен. — Это все его отговорки, да? Ты уверена, что после он тебя примет? Сколько ты будешь ждать его?
— Столько, сколько потребуется, — Милли тяжело вздохнула. — Хелен, не все такие сильные как ты. Я не могу, нет, я не хочу отказываться от своей пары. Пусть ты считаешь его недостойным, но мне не нужен другой. Не нужен сильный, смелый или какой там ещё! Мне нужен он, только он.
— Просто обещай, что ты не будешь слушать одно сердце, — отступила Хелен, не желая волновать беременную подругу. — Не позволяй своим чувствам ослепить тебя.
— Хорошо, — расслабилась Милли и утянула с собой Хелен на кровать. Они улеглись удобнее, и на удивление львица не стала обрывать на этом их разговор. — Когда ты узнаешь его получше, то изменишь своё мнение.
— Не уверена, — честно призналась Хелен. — Лайнел ведь спрашивал, хочет ли он встать с тобой в пару, ещё там, в Сарвел. Я до сих пор зла, что он смог так легко отмахнуться от тебя.
— Каждый может совершить ошибку, — не унималась Милли. — Сейчас он хорошо ко мне относиться, приносит разные вкусности…
— Тайно. Под покровом ночи отважно пробирается сквозь кусты диких роз!
— Да, пока тайно! И тут нет роз! Хватит издеваться!
Рыкнула Милли, и Хелен рассмеялась. Может внутри нее все же растёт будущий лев, раз она стала показывать свои зубки? Хорошо, если так. Хелен бы не хотелось, чтобы подруга, за неимением крепкого плеча рядом, начал грубеть.
Глава 32 Хелен
Лайнел задерживался.
Еще недавно Хелен была бы этому рада. Но сейчас беспокойство опутывало сердце. И она даже не могла почувствовать мужа через заглушенную нить уз. Удостовериться, что с ним все в порядке, просто котяра загулял в дружественном теперь клане и не торопится обратно.
Узы. Хелен терялась каждый раз, стоило только подумать об их связи. Она продолжала принимать настойку. Машинально, стараясь не колебаться. Потому что сейчас она была уверена в завтрашнем дне. Уверена, что может объективно судить о том что происходит между ними с Лайнелом. Уверена, что сама принимает решения, какими бы они ни были. А что случится, когда организм очиститься от отвара? Хелен не знала. И проверять это сейчас было слишком рискованно.
А может это простое оправдание?
Хелен запуталась. Это она была в состоянии признать. И все, на что она сейчас была способна в этом вопросе — дать себе обещание. Как только она почувствует, что может рассказать мужу о том, что принимает настойку, открыться ему и стать совершенно беззащитной перед ним, глубоко уязвимой — тогда стеклянные бутылочки и полетят в мусорную корзину.
В тот самый момент для Хелен было чудом даже то, что она надеется — этот день придёт.
Постель показалась какой-то огромной и невероятно холодной. Хелен куталась в одеяло, но ей все равно было зябко. Вот тебе и кровь оборотня в жилах — никакого толку. Это у Лайнела тепла бы хватило на обогрев всего их поселения — горячая южная порода.
Запах альфы стал стираться. Хелен сначала даже испугалась, учуяв свой собственный нежный, невинный, сладостный феромон. Подумал, что гормоны шалят раньше срока, но других симптомов у нее не было. И стало понятно — нескольких ночей без мужа хватило, чтобы потерять его запах, ведь они так и не были близки друг с другом.
Хелен ворочалась, мучилась поверхностным сном. Постоянно прислушивалась, пытаясь не пропустить сигнал от ловушек, расставленных по периметру поселения и вокруг их дома.
Только сейчас, в отсутствие альфы, она поняла, что уже рассчитывает и полагается на Лайнела больше, чем себе представляла.
Но даже так, Хелен не собиралась отсиживаться в стороне. Она наравне с Хью и другими львами проверяла границы, ловушки и патрульных. Заходила в домики к оборотням, особенно к тем, кто жил на окраинах и был более уязвим.
Лайнел забрал с собой Шейна, и, к удивлению, остальные три
